«Я хочу изменить мир» — гласит название манифеста Карима Рашида (Karim Rashid), написанного им в 2001 году. Именно это он и сделал, став одним из наиболее успешных и плодовитых дизайнеров современности. За время своей дизайнерской карьеры, которая началась в 1979 году, когда ему было всего 19, он создал «чувственный минималистичный» дизайн для сотен предметов.

Среди его творений — часы, посуда, мыльницы, корзины для бумаг, а также мебель, модные объекты, светильники, шоу-румы, гостиницы, рестораны, апартаменты и скульптуры. Он — писатель, лектор в университетах и на конференциях, участник многочисленных совместных выставок и звезда телевизионного реалити-шоу Made in the USA. Его произведения находятся в постоянных собраниях 15 главных музеев мира.

Среди его клиентов — Acme Studio, Nambé, Method, Prada, Umbra, Issey Miyake, Nienkämper, Wolf-Gordon, Alessi и Target. Среди его многочисленных наград — Daimler Chrysler Design Award (1999 год), George Nelson Award от Interiors magazine (1999 год), золотая награда в номинации «мебель» от Industrial Designers Society of America (IDSA) (2001 год), «Лучший новый дизайн ресторана» от Esquire magazine (2003 год) и IDSA (Industrial Design Excellence Award, 2005 год). Он обладает почётным титулом Доктора искусств Коркоран-колледжа искусств и дизайна (Corcoran College of Art + Design, Вашингтон).

Карим Рашид родился в 1960 году в Каире. Его мама была англичанкой, отец, египтянин, был художником и театральным декоратором. В Англии, где семья Рашида провела несколько лет, Рашид-старший смог устроиться только ночным сторожем.
В конечном счёте, семья Рашидов переехала в Канаду, и отец Карима занял должность художника-декоратора на телевидении. В семье было трое детей, и отец постоянно рисовал их портреты и любил брать Карима с собой на этюды. Однажды, в возрасте 4 лет, Карим понял, что может не только рисовать мир вокруг. Он может его изменить.

Рашид обучался индустриальному дизайну в университете Карлетон (Carleton University) в Оттаве, потом провёл год в Италии. Полтора года он бесплатно проработал интерном в Милане, затем вернулся в Торонто, где жили его родители. Там Карим получил должность в KAN Industrial Designers, где в числе 20 дизайнеров работал с такими клиентами как Black&Decker и Samsung. Здесь он набивал руку, разрабатывая дизайн стереосистем для Toshiba, отопительных приборов, сельскохозяйственного и медицинского оборудования и других подобных вещей.

«Я провёл в этом мире десять лет, — говорит Карим Рашид, — И всегда был связан с товарами. Разумеется, это никакого отношения не имеет к красоте или содержании — работодателя это не волновало. Но ты узнаёшь, как работает бизнес». Дэвид Шэрер (David Sherer), который продаёт множество вещей Рашида в своём магазине Totem, говорит: «Многие дизайнеры приходят с красивыми вещами, но они не имеют ни малейшего представления о том, сколько это может стоить или как сложно это сделать. Карим понимает, что требуется, чтобы его продукция попала на полки».

В 1991 году Рашид уходит из KAN и переезжает в Провиденс (Род Айленд, США), где занимает должность преподавателя в Rhode Island School of Design. Через год он уходит, так как у него возникают разногласия с руководством в философии обучения. В 1993 году он получил место в Pratt Institute, Манхэттен, где и преподавал в течение четырёх лет. Он также преподавал в University of the Arts, Филадельфия.

В период с 1992 по 1993 год он попытал счастья в более чем сотне компаний, прежде чем, наконец, получил свой первый заказ на линию столовых аксессуаров от компании Nambé. Серьёзные компании не интересовались парнем, который создавал дрели, поэтому он решил попытать счастья у американских производителей второго эшелона, таких как La-Z-Boy и Ethan Allen.

«Помню, как я пришёл в Ethan Allen, который располагался в Данбэри, Коннектикут, — вспоминает дизайнер. — В эти годы множество магазинов по всей стране закрывалось. Я понял, что здесь кроются большие возможности. Я знаю, почему они закрываются, — это происходит потому, что всё меньше и меньше людей интересуется покупкой имитаций антиквариата вроде тех, что продаёт Ethan Allen. Поколение, которое начало покупать современную мебель в IKEA, выросло и нуждается в чем-то более качественном и более существенном, но они привыкли к современному дизайну, что же им делать? Если они начнут покупать итальянские вещи, американским компаниям наступит конец. Может быть, не сегодня, но лет через десять все эти антикварные диваны и высокие комоды на ножках непременно исчезнут. Поскольку мышление молодёжной культуры — я узнал это от моих студентов — заключается в том, что они не заботятся о прошлом. Прошлое бессмысленно. Оно закончено. Их менталитет — скейтборды, MP3 и найковские кроссовки, это непременно должно отразиться на мебели, которую они покупают. Но, конечно, Ethan Allen не интересовались тем, что я собирался им предложить — этот высокомерный парень, говорящий им, что делать с будущим компании».

Наконец, в 1995 году Umbra, компания, которая производит недорогие товары для дома, согласилась пробовать идею Рашида — мусорное ведро, сделанное из полипропилена, которое будет продаваться меньше чем за двенадцать долларов. Карим, как никто другой, знал, как работать с пластиком. В итоге на свет родилось лучше в мире мусорное ведро, и мир устремил свои взоры в сторону новоиспечённого гения промышленного дизайна.

Что же движет им? Рашид говорит, что он не интересуется деньгами, его больше волнует реальное воплощение его замыслов. Ему интересно посмотреть, что он может дать человечеству, пока он жив. Может быть, он и является звездой в мире дизайна, но для американских промышленников он не более чем нахальный инженер.

Стандартная доля расходов на дизайн — примерно 3% от общих производственных затрат (архитекторы обычно получают от 5 до 10 процентов). Но преимущество Рашида в том, что его имя делает вещам ещё большую рекламу, чем их эстетическая ценность.

Опыт работы с Ronson, британским производителем зажигалок, — хороший пример того, как общаются производители с дизайнерами. Это была хорошая возможность для Рашида, так как впервые он получил заказ на вещь, которая будет стоить меньше доллара. Компания была почти разорена, особенно за счёт производства дешёвых пластиковых зажигалок, и сотрудничество с Рашидом было призвано повысить престиж марки. Это решение основывалось на новой в то время идее, что дизайн имеет значение для масс.

Ronson заказал 12 проектов, а Рашид предложил 38. В итоге компания остановилась на трёх: Gripper (в чехле из искусственного каучука), Pebble (окатанная галька), и Spindle, похожая на микрофон. Дизайнер также участвовал в разработке других производственных линий Ronson — ручка, калькулятор, AM/FM-радио.

Тогда он взял на себя ребрэндинг, заменив старый чёрный шрифт Ronson на ярко-красный, выглядящий более современно. Тем не менее, Ronson запустил в производство только зажигалки, а другие идеи Рашида были отложены в долгий ящик. «Я думаю, что испугал их», — говорит он.

Самый простой способ увидеть работу Рашида в Нью-Йорке состоит в том, чтобы найти одну из ста пятидесяти крышек люка, спроектированных для Con Edison, которые расположены главным образом на улицах Манхэттена, особенно вокруг Times Square. Рашид хотел предложить в качестве материала прозрачный пластик, но в Con Edison решили, что публика не готова к такому радикальному решению. Тем не менее, Рашид нашёл способ интегрировать «дизайн от Карима Рашида» в этот продукт.

Вы также можете прогуляться вдоль офисов Рашида на West Seventeenth Street, где расположен шоу-рум дизайнера. Мебель в шоу-руме довольно своеобразна. Что-то подобное отец Карима мог бы в пятидесятые придумать для фантастического сериала о будущем. За шоу-румом 15 прилежных ассистентов работают за компьютерами. Там находится офис Рашида. А наверху живёт сам дизайнер с женой Мэган Ланг.

Рашид — апостол новых технологий. Он использует компьютерные технологии и соответствующее программное обеспечение, что позволяет существенно снизить производственные издержки. Это помогает производителям уменьшить стоимость товаров и вывести производство на новый уровень.

Люди любят менять одежду, приобретая новинки сезона, но в дизайне интерьера, например, это долгое время было непозволительно из-за высокой стоимости мебели. Благодаря новым технологиям промышленники могут выпускать тот же товар, например, другого цвета без существенных изменений в производственном цикле, что позволяет промышленности следовать модным тенденциям.

Рашид стоит на перекрёстке этих двух направлений, предлагая более модные товары в области дизайна и менее сезонные — в моде. «Я думаю, что у всех товаров есть четвёртое измерение, своего рода аура, ощущение, — говорит он. — Сейчас это измерение очень сильно связано с модой, но мы собираемся находить его во всём».

Можно ли считать искусством мусорное ведро? Карим Рашид, в первую очередь, художник. По крайней мере, так он себя воспринимает. Он переносит окружающую его действительность в галереи. Рашид говорит, что делает то же, что и художники, иначе бы его работы не выставлялись в музеях мира, но, кроме того, он создаёт вещи.

Источник: idh.ru